Волжская правда», «Ничто не вечно под водой»

 «Вода камень точит» - эту истину можно применить  и к Волжской ГЭС, ведь здание гидростанции и водосливная плотина - это,  по большому счету,  огромный  бетонный камень протяжностью около полутора километров. Он испещрен  каналами для пропуска воды, которая движет лопасти турбин, а  те превращают энергию реки в экологически чистое электричество.


В то же время  полезная работа Волги  сопровождается  и разрушительным воздействием на сооружения и оборудование ГЭС - такова природа  отношений воды и камня. Однако гидроэнергетики стараются противостоять этому медленному, но неизбежному процессу. Как это происходит? - ответ в интервью главного инженера филиала ОАО «РусГидро» - «Волжская ГЭС» Сергея Талагаева.


 - Мониторинг гидротехнических сооружений и оборудования станции мы ведем не от случая к случаю, а по плану, согласно ежегодно утверждаемому графику мероприятий. Когда обнаруживаем слабые места, оцениваем степень их опасности и разрабатываем план устранения недостатков. Мы стараемся,  прежде всего, предупредить развитие процессов, способных негативно влиять на прочность и надежность объекта.


 Одним из проблемных участков в верхнем бьефе, то есть со стороны Волгоградского водохранилища, является зона переменного уровня плотины, где бетонная поверхность оказывается то под водой, то на воздухе. Понятно, что колебания внешних факторов действуют разрушительно на эту зону и нам приходится регулярно, после прохождения половодья, заниматься восстановительными работами.


Серьезной  гидродинамической  нагрузке  подвергается  водосливная плотина, когда во время весеннего половодья через ее бетонные пролеты вхолостую (то есть без выработки электроэнергии) сбрасывается излишняя вода. Ее мощные потоки с огромной скоростью обтекают грани плотины и бьются о фундаментную плиту, покрывающую дно и выдвинутую далеко в нижний бьеф. В пиковые моменты объемы пропускаемой воды доходят до 14 тысяч кубических метров в секунду! К началу 90-х годов прошлого века эти кавитационные явления (или дыры в бетоне, проще говоря) на гранях водосливной плотины местами доходили в глубину до 50 сантиметров. Это примерно треть поверхностного слоя бетона.


Так что мы всерьез были вынуждены задуматься о реставрации граней.  Испробовали разные способы и технологии, обращались за советом даже к зарубежным специалистам из НИИ по изучению свойств железобетона университета в Карлсруэ (Германия). Этот институт считается мировым лидером в части санации (обследовании и разработке мер по предупреждению развития разрушения бетонных сооружений) железобетонных конструкций гидросооружений. Однако, в итоге, остановились на проекте, который разработал   научно-исследовательский институт «Гидропроект» имени С.Я Жука. Тот самый, что выполнял проект Волжской ГЭС. Они предложили довольно трудоемкий и затратный метод. Зато он  оказался самым эффективным, самым надежным. И это признали даже немецкие специалисты. Полигоном для испытаний стала грань номер 5. Технологию на ней отрабатывали почти два года. Затем дело пошло быстрее. Ремонтировали по две-три грани в год. Процесс шел безостановочно: в холодное время года вырубали износившийся бетон и производили армирование. А с приходом тепла приступали к бетонированию граней. Иногда рабочим приходилось целый день «махать» отбойными молотками, чтобы снять один метр покрытия - особо прочного гидротехнического бетона. И так происходило около 15 лет подряд.  В конце прошлого года все работы по восстановлению граней водосливной плотины были успешно завершены.


Методом подводного бетонирования восстанавливаются при необходимости пазы и пороги агрегатных затворов, расположенных в теле здания  ГЭС. Они тоже испытывают  серьезную гидродинамическую нагрузку. Места донных размывов ниже  бетонного основания сооружений засыпаются гравием и бутовым камнем. Для мониторинга состояния дна и выполнения ремонтных работ энергетики привлекают водолазов.


За подводной частью гидроагрегатов с недавних пор у нас наблюдают аквалангисты. Раньше, чтобы осмотреть внутренности турбины,  приходилось  всякий раз ее почти на две недели останавливать, опускать затворы со стороны верхнего и нижнего бьефов и осушать камеру рабочего колеса.  Производство, безусловно, несло потери. Теперь турбину  выводят в ремонт лишь на два-три дня.   Без осушения проточного тракта, специалист в легком водолазном снаряжении,  сантиметр за сантиметров обследует  облицовку и лопасти, выявляя следы воздействия  мощных потоков воды. Он    фиксирует  обнаруженные повреждения с помощью  видео и фотосъемки. А мы на основании этих данных уже принимаем решение о необходимости ремонта.


 Особо вредное действие на металл проточной части  оказывает так называемая кавитация: при высоком давлении поступающего водного потока вблизи обтекаемых поверхностей образуются быстро увеличивающиеся пузырьки воздуха, которые затем резко сжимаются и как бы взрываются с силой, способной вырывать кусочки металла. Если в результате этого постоянного воздействия будет разрушена облицовка камеры, то ее  фрагменты  отделившиеся  от бетона,  могут  повредить  вращающиеся лопасти турбины, ведь расстояние между ними и  камерой  около 10 мм.  Поэтому при обнаружении характерных  кавитационных и других изъянов металл «лечат».

Сегодня на Волжской ГЭС на смену старому поколению приходит новое оборудование. Проектировщики современных гидроагрегатов разрабатывают конфигурацию элементов рабочего колеса с учетом вероятных разрушающих эффектов, которая снижает вредное влияние кавитации. А при изготовлении турбин применяют более устойчивые к ее воздействию материалы.


Александр Некрасов

АКЦИИ / АДР РУСГИДРО   
КОТИРОВКИ
Акции / АДР
Индексы
ФИЛИАЛЫ
ДОЧЕРНИЕ ОБЩЕСТВА
Ваше обращение принято. Ответ будет подготовлен и отправлен в течение 20 календарных дней. ok